Безопасная бухта. Часть 1. Госпитализация ребенка первого года жизни: стратегии родителей

Внешняя нервная система

Мы продолжаем серию материалов под общим названием «Безопасная бухта», посвященных психологической подготовке детей и родителей к лечению, операции и возвращению домой. Независимо от того, сколько вашему ребенку дней, месяцев или лет – сам факт госпитализации и предстоящей операции всегда испытание для детской психики, нарушающее базовое ощущение безопасности. Подготовленный ребенок проходит через этапы адаптации к больничной среде, лечение и восстановление значительно быстрее, легче и родитель в этом процессе – не просто «моральная поддержка», а главный проводник в пугающей реальности.

В первом, открывающем серию материале, мы рассказали о том, почему спокойствие мамы – это главное лекарство и выполнение каких четырех задач поможет родителям преодолеть чувство беспомощности и тревоги.
В фокусе первой части серии – Госпитализация ребенка первого года жизни: стратегии родителей.

Рассказывает клинический психолог Детского реабилитационного центра НМИЦ сердечно-сосудистой хирургии им. А.Н. Бакулева Минздрава России Ольга Валериановна Вишнякова.
Главный во взаимодействии психолога с родителями младенца (0–12 месяцев) даже не сам ребенок (так как его когнитивные возможности для понимания речи ограничены), а родитель, работа с его тревогой и способностью быть «безопасной базой».
Международные исследования подтверждают: уровень кортизола (гормона стресса) у младенца напрямую коррелирует с уровнем кортизола у матери. И спокойная мать «равно» физиологически и эмоционально более стабильный ребенок.

В задачу психолога входит трансформация родительской позиции из состояния «жертвы обстоятельств» в состояние «эксперта по своему ребенку и члена команды». Для этого он использует технику легитимизации чувств и «перевода в ресурс».

Родители младенцев часто слышат: «Он маленький, он ничего не понимает, не переживайте». На самом деле, младенцы не понимают слов, но они прекрасно считывают ритм сердца, запах тела (адреналин), мимику лица, мелодию голоса, напряжение мышц. Ваш страх для малыша – это сигнал опасности. Поэтому подготовка нужна не столько ребенку, сколько родителю, ведь он – «внешняя нервная система» младенца.
Психолог помогает родителям смоделировать реальность. Используя данные анестезиолога и хирурга, психолог описывает, как будет выглядеть ребенок после операции (наличие катетеров, систем, мониторов, возможные отеки). Он помогает сделать так, чтобы первый взгляд родителя на ребенка после его перевода в палату не вызвал аффективную реакцию, чтобы родитель понимал, что это нормально, и знал, что делать.

Существуют специальные методики, призванные усилить роль родителя в палате, которые основаны на теории привязанности. Их главная идея может быть заключена в фразу: «Вы знаете своего ребенка лучше».

Кенгуру-терапия (кожный контакт «кожа к коже»). Если нет противопоказаний и ваш лечащий врач дает разрешение, установите со своим ребенком тактильный контакт. Исследования доказывают, что метод «кенгуру», когда обнаженный младенец (часто лишь в подгузнике) располагается на обнаженной груди матери или отца, является не просто актом нежности, а мощнейшим физиологическим и эмоциональным воздействием. У младенцев, находящихся на грудном вскармливании в позиции «кенгуру», стабилизируется сердечный ритм, нормализуется насыщение крови кислородом, снижается уровень кортизола (гормона стресса). Даже если ребенок подключен к капельницам и мониторам, но, по мнению медицинского персонала, его состояние позволяет это сделать, вы можете с помощью медицинских работников безопасно разместить малыша на груди, и таким образом, буквально стать для него «внешней плацентой», продолжая ту физиологическую связь, которая питала его задолго до появления на свет. Этот контакт не только утоляет боль и страх младенца, но и запускает в организме матери выработку окситоцина, снижая тревожность и позволяя ей почувствовать себя не беспомощным наблюдателем, а главным целителем своего ребенка.

Участие в уходе. Считывайте невербальные сигналы младенца: интонацию плача, мимические проявления. Если он испытывает дискомфорт или болевые ощущения, погладьте его по голове, дайте соску. Ваше присутствие создает контекст безопасности. При любой возможности взаимодействуйте с малышом, будь то грудное вскармливание или кормление из бутылочки. Даже при кормлении через зонд необходимо говорить с ребенком, петь ему песенки, гладить его, держать за ручку, качать на руках. Разговаривайте с малышом тихим, нежным голосом, успокаивайте его так, как если бы он все понимал.

Игра как язык безопасности: диалог с младенцем до года

Ребенок первого года жизни не способен осмыслить слова «операция», «наркоз» или «больница», его понимание мира лежит в доречевой, телесной сфере. Но он безошибочно считывает ритм вашего сердца, напряжение ваших рук и тембр голоса, именно эти сигналы становятся для него главным источником информации о том, насколько мир безопасен. Игра – это универсальный язык младенчества, который оказывается мощнейшим инструментом регуляции эмоций и восстановления нарушенной связи. Простейшие игры, передающиеся из поколения в поколение, на самом деле являются тонко настроенными психотерапевтическими интервенциями. Когда вы закрываете лицо ладонями и говорите «ку-ку», а затем появляетесь с улыбкой, вы проигрываете с ребенком главную травму госпитализации – это исчезновение и возвращение. Младенец на уровне тела усваивает: мама может исчезать, но она всегда возвращается, мир не рушится, предсказуемость сохраняется. Когда вы играете с его ручками и ножками («ладушки», «сорока-ворона»), вы возвращаете ребенку его тело, которое в больнице становится объектом медицинских манипуляций. Когда вы дурачитесь, целуете его пяточки, прикасаетесь своим носом к его животику, вы создаете поле тактильной безопасности, перекрывающее болезненные ощущения от уколов и катетеров. Эти игры, конечно, не отменяют страха и боли, но они создают контекст: боль и страх – это лишь эпизоды, а норма – это контакт, тепло, узнавание, предсказуемость.

Ваше информированное спокойствие, ваша способность сохранять игровой контакт становятся для младенца той единственной защитной оболочкой, внутри которой инвазивные вмешательства переживаются не как катастрофа, а как временное неудобство. Нейробиология подтверждает: у детей, с которыми родители продолжают играть во время госпитализации, уровень кортизола ниже, сатурация стабильнее, а послеоперационное восстановление протекает быстрее и гармоничнее. Игра в этом контексте – это не развлечение, а способ сказать ребенку на понятном языке тела: «Я здесь. Мы вместе. Мы справляемся».

В следующей части серии «Безопасная бухта» мы поговорим о том, как родителям подготовиться к операции младенца. В дальнейшем речь пойдет о детях от года до трех лет – возрасте, когда слова уже начинают обретать значение, но страх разлуки с матерью все еще затмевает любые рациональные доводы. Вы узнаете, как говорить с малышом о предстоящей операции на понятном ему языке, какие ритуалы прощания и встречи снижают уровень стресса и почему игра в «доктора» работает эффективнее любых уговоров.

Продолжение следует